Любопытно звучит итоговая оценка Бжезинского деятельности трех последних президентов США. По его мнению, Буш-старший сыграл роль "полицейского", пытающегося сохранить унаследованный от прошлого уровень мировой стабильности, опираясь на силу и законность. Билл Клинтон был "адвокатом" социального благосостояния, считавшим глобализацию самым надежным инструментом прогресса. В свою очередь, Буш-младший - "воитель", который сознательно использовал комплекс страха своих соотечественников для мобилизации страны на провозглашенную им экзистенциальную борьбу против сил мирового зла.

Бжезинский задается вопросом, привели ли усилия трех последних президентов к позитивным итогам на мировой арене. Его вывод весьма неутешителен. Он полагает, что США сейчас куда меньше способны оказывать серьезное влияние на мировые события, чем 15 лет назад. Страна, в которой еще так недавно планета видела легитимного лидера и надежного гаранта международной безопасности, очень недолго продержалась на этом высоком пьедестале.

Вину за такой исход Бжезинский возлагает на всю президентскую троицу, но более всего на нынешнего хозяина Белого Дома. Он даже ставит президентам отметки. Первого Буша он удостаивает твердой четверки (Бжезинский пользуется шкалой, принятой в американской школе, и потому ставит ему "B", высшая оценка - "А"). Клинтон тянет всего на троечку ("C"), а вот нынешний президент получает провальную и безоговорочную единицу ("F"). В результате их ошибок и упущенных ими возможностей, США не смогли использовать свой шанс на прочное мировое лидерство.

"Будет ли у нас второй шанс?", - вопрошает Бжезинский. И на этот раз отвечает положительно. Ни одна другая страна не способна выполнять ту роль, которую потенциально могут и должны играть США. В их активе - крупнейшая в мире экономика, самые мощные вооруженные силы, огромный потенциал научных открытий и технологических прорывов. На их стороне и закрепившаяся в мировом общественном мнении (хотя не всегда открыто выражаемая) убежденность в том, что международная система нуждается в эффективной стабилизирующей силе, и что альтернативой отказа США от этой роли мог бы быть только всемирный хаос.

Бжезинский надеется, что следующий президент использует эти рычаги на благо своей страны и всего мира. Но предупреждает - это будет нелегко и потребует немало времени. Новому хозяину Белого Дома понадобятся недюжинные дипломатические способности, такт, настойчивость и выдержка. Иначе ничего не выйдет.

Однако и этого недостаточно. Бжезинский без обиняков подчеркивает, что для возвращения американского мирового лидерства понадобятся куда более серьезные преобразования, нежели смена руководства. Он предупреждает, что сама американская конституционная система, основанная на принципе разделения прерогатив между исполнительной, законодательной и судебной властью, в известном смысле препятствует формулировке и, главное, осуществлению долговременной стратегии, способной не только охранять национальные интересы США, но и способствовать безопасности и благосостоянию всего человечества. Он считает и нежелательным, и опасным, что интернациональные проблемы нередко решаются в Вашингтоне под влиянием этнических и религиозных групп давления (например, армянского лобби, израильского лобби, тайваньского лобби, поселившихся на юге Флориды кубинских эмигрантов и тому подобное), ориентированных на защиту тех или иных специальных интересов. Он перечисляет десяток законодательных актов, принятых Конгрессом по настоянию таких групп, явно не считая их образцом государственной мудрости. Он также подчеркивает, что такая фрагментация принятия внешнеполитических решений противоречит национальным интересам США.

Збигнев Бжезинский идет и дальше. Он замахивается на социальную модель США, а на такое американские политологи решаются нечасто. Бжезинский открыто утверждает, что эта модель в ее нынешнем виде не вызывает пиетета у большинства населения планеты. В США постоянно усиливается экономическая поляризация, что противоречит эволюции мировых ценностей. К тому же американцы, как нация, считают своим богоданным правом бесконтрольное расходование экологических и энергетических ресурсов, что опять-таки вызывает недовольство планеты. Современный мир начинает превыше всего ценить человеческое достоинство, справедливость, всеобщий прогресс и  разумное благополучие, далекое от экстравагантной расточительности американцев.

Бжезинский особо подчеркивает, что наше время стало свидетелем процесса всемирного политического пробуждения, которому в немалой степени способствует глобализация экономики и революция в сфере электронных коммуникаций. Это пробуждение имеет антиимпериалистическую и антизападную направленность и к тому же все в большей степени проявляется в открытом антиамериканизме. Оно сопровождается демографическими и экономическими сдвигами, которые приводят к смещению планетарных центров силы. Запад теряет былое доминирующее положение на мировой арене, и эта тенденция сильно осложняет положение США.

США смогут вернуть себе мировое лидерство лишь в том случае, если продемонстрируют всему миру справедливость своего социального устройства, готовность к компромиссам, самоограничению, преодоление претензий на собственную исключительность, даже к сужению своего суверенитета, если того потребуют интересы всего человечества. Мир не пойдет за Америкой до тех пор, пока не перестанет видеть в ней неоимпериалистического диктатора и растратчика скудеющих планетарных ресурсов.

США должны использовать свой второй шанс на прочное обретение мирового лидерства с большим успехом, нежели первый. Третьего шанса у нее не будет. Таков конечный вывод Збигнева Бжезинского.